Наша Психология
Задушевное здоровье: задумайся заранее

Не хочу быть мамой "маленького" мальчика

Как научить взрослых детей самостоятельности

14.12.2015

Совсем недавно одна за другой в нашем журнале вышли статьи про отделение взрослых детей от родителей. Я уже заметила, что статьи (даже неопубликованные) «притягивают» клиентов с аналогичными темами. И вот передо мной Анна, мама троих взрослых детей. После предварительных реверансов начинаем работать.

Анна: Моему сыну 19 лет, и он совершенно несамостоятельный! Я устала заниматься его учебой. Он заканчивает первый курс института, и это для меня снова как первый класс. Мне все время приходится его пинать, чтобы он занимался, выполнял задания.

 

Анна рассказала, что сын Ваня тянет до последнего, не выполняя текущие работы. И несколько раз дело доходило до того, что мама, отчитав его со всей строгостью, «выручала» и сама печатала ему рефераты. Обещание, что такое «в последний раз», не срабатывало – все повторялось с печальной регулярностью. При том, что она оплачивала учебу, на данный момент Анна была в отчаянии – последние недели сын делал вид, что упорно готовится к экзаменам, но два из них просто прогулял!

 

Юлия Василькина: Ситуация мне в общих чертах понятна. Расскажите немного о том, каким Иван был в детстве.

А.: Ваня – средний ребенок. У меня все трое «погодки». Сложно сказать, почему так получилось, но Ваня мне всегда казался особенным. С двумя остальными детьми мне было проще – и договориться, и общаться. А Ваня… Он очень ласковый, добрый – и тогда, и сейчас. Тактильно он мне ближе всех детей – любит ласку, объятия, и мне очень это приятно. Но он ужасно несамостоятельный. Не могу больше быть мамой «маленького» мальчика. Мне хотелось бы полностью отстраниться, но не получается. Мне страшно от того, что я распускаюсь – могу просто ужасно орать на него, оскорблять.

Ю. В.: Итак, вы будто на перепутье и хотели бы выбрать стратегию для дальнейшего общения с сыном, верно?

А.: Да, верно.

Ю. В.: Обозначьте пути, которые вы видите.

А.: Первый путь – я продолжаю тотально контролировать его жизнь, учебу. Второй – говорю ему: «Ты – взрослый человек, и живи теперь своим умом. Что будет, то будет». Тогда я полностью отключаюсь от его жизни.

Ю. В.: Есть ли еще какие-то варианты?

А.: Я не вижу. Возможно, вы мне подскажете.

Ю. В.: Хорошо, тогда я скажу, что вижу. Про первый вариант вы говорите с отчаянием. Похоже, вам невыносимо даже думать о том, чтобы продолжать жить так. Со своей стороны могу сказать, что этот вариант действительно плох, так как не даст вашему сыну повзрослеть и стать самостоятельным. Что же касается второго варианта, то и здесь я вижу долю отчаяния. Полностью отключаясь от жизни сына, вы боитесь потерять тепло и ласку.

А.: Да, оба варианта мне не подходят.

Ю. В.: Значит, наша задача – найти подходящий вариант.

 

И тут нам на помощь пришли проективные карты, которые помогают прояснить проблему уже в ходе ее решения. Для начала я попросила Анну выбрать несколько карт, которые обозначили бы актуальное состояние отношений с сыном, и объяснить каждую из них.

 

А.: Карта, похожая на спираль, напоминает наши отношения: бесконечно повторяющаяся одна и та же проблема. Вот еще карта – сердце-свеча, это моя бесконечная боль, сердце за него неспокойно. А два одуванчика на растрескавшейся земле – с одной стороны, наши теплые отношения, а с другой – пробивание через что-то. И вот эта подходит! Слоненок впереди, а слониха за ним – хожу за ним, подталкиваю бесконечно.

Ю. В.: Теперь выберите карты, которые говорили бы о том, какие отношения с сыном вам хотелось бы иметь.

А. (приободряясь): Две лошади рядом – существование на правах двух равных взрослых людей. Вот эти спелые яблоки на ветках – символ райского сада. Тюльпан, нежный, крепкий, – гармонизированные отношения. А лестница вверх – выход из тупика.

 

Итак, у нас появились две группы карт, иллюстрирующие исходное и идеальное состояние. Причем лестница стала естественным символом перехода. Осталось выбрать карты, которые будут обозначать особенности сына.

 

А.: Вот это жвачное животное, верблюд, – символ лени. Ваня говорит, что у него не хватает силы воли. Вот еще карточка подходит: тут вроде дорожка такая неуверенная. Он пока не знает, кто он и чего хочет. И вот еще картинка – гнездышко с перышками: он очень ко мне привязан, ему важно мое одобрение или неодобрение.

 

Я обратила внимание Анны, что почти все образы отражают негативные особенности сына. И попросила выбрать те, которые говорили бы о его сильных сторонах. Анна надолго задумалась. Это не странно: если человек достаточно долгое время находился в «поле отрицания» по отношению к близкому, то и его образ окрашивается в серо-черные тона. Психолог может помочь вспомнить положительные черты, «потерявшиеся» где-то по дороге.

 

А.: Мне кажется, он был бы успешен в менеджменте. Он хорошо организует людей, способен к каждому найти подход. Также Ваня хороший оратор. И у него есть желание приносить пользу другим.

 

Я уточнила, на каком факультете учится Ваня. Оказалось – на биологическом. Не определившись с личным выбором, Ваня решил идти по стопам отца, крупного ученого-биолога. У отца была та же мечта – чтобы один из сыновей продолжил его в профессии. Дело осложнилось тем, что отец, хоть и остается в жизни детей, уже 10 лет не живет с Анной, и поэтому фигура «сверхценная». Ваня говорил маме, что боится вылететь с биофака, потому что часть людей перестанут с ним общаться, например папа. Отец внес в это дополнительное напряжение, сказав, что, конечно, общаться не перестанет, но будет очень разочарован.

 

Ю. В.: Анна, вы представляете, какая нагрузка это для вашего сына? Он и учиться не может, потому что «не его», и не учиться не может, чтобы сохранить ощущение собственной ценности для отца и себя самого. Парень в трудной ситуации!

 

Анна выразила согласие – действительно, она думала об этом. Теперь ей предстояло выбрать карты, которые говорили бы о тех ее чертах, которые нужно учесть при определении дальнейшей стратегии.

 

А.: Вот эта лягушка мне нравится. Она железная. Я про себя так говорю: «Есть мнение мое и неправильное». Я всегда знаю, что лучше для моих детей. Вот еще продолжение – этот синий узел. Мой максимализм. При этом – сильное чувство дома, обязательство перед самой собой дать детям по максимуму все, что я смогу. Сама понимаю, что это не всегда рациональное поведение. И еще я воспринимаю все детские проблемы как часть своей жизни. Если не сдал доклад, я должна ему помочь. Я так всегда жила. И еще я очень амбициозна, мне важно дать детям самое лучшее из того, что могу.

Ю. В.: Посмотрите, Анна, какая интересная получается картинка. Амбициозная максималистка, знающая, как для каждого будет «правильно», воспринимающая все проблемы детей как свои, да и к тому же готовая сделать все. Вас еще удивляет, что сын такой, какой он есть?

А. (улыбаясь, удивлена): Но почему тогда другие дети более самостоятельные?

Ю. В.: В семье всегда есть кто-то, кто больше других готов попасться на удочку. И часто это средний ребенок – из погодков ему досталось меньше всего: он никогда не был единственным, и после него очень быстро появился младший ребенок. Для него многое было в дефиците, и он нашел способ взять от вас по максимуму.

А.: Похоже, что так… Я больше всего боюсь, что он будет одним из никчемных людей, раз так зависим.

 

При слове «боюсь», я, как гончая, «сделала стойку». Вот сейчас клубочек и размотается! Страхи мамы – вот что двигает отношениями с ребенком. Я попросила Анну обозначить те главные страхи, которые у нее есть.

 

А.: Вот это изображение – как плотная паутина, из которой не выбраться. Я боюсь, что Ваня, несмотря на полученное образование и интеллигентность, будет прозябать, не сможет состояться. Вот эта очень страшная женщина – как надгробная плита. Я очень боюсь их смерти, очень. Я работаю в ЗАГСе, куда каждый день приходят регистрировать смерти молодых людей. И вот еще подходящая картинка, с игральными картами, – у нас есть очень странный родственник, «в годах», но так и не состоявшийся.

 

И вот наступил прорыв! Мы поговорили с Анной о том, что именно страхи мешали ей адекватно и своевременно высказывать свое неодобрение действий сына. Поэтому недовольство накапливалось и «вырывалось» скандалом. В течение многих лет Анна боролась с собой, со своими естественными эмоциями, боясь «пожалеть» о том, что высказала их.

 

А.: Что-то можно изменить?

Ю. В.: Пора выбирать новую стратегию для того, чтобы вы меньше уставали, а у Вани была возможность стать взрослым человеком. Итак, я вижу, что в новой стратегии важно учесть то, что вы оба цените близкие и теплые отношения. Вы видите вариант, при котором отдаете ему ответственность, но сохраняете близость и тепло?

А.: Думаю, да… Я могу сказать ему, что приму любое его решение. Что он может забрать документы из вуза, который ему не очень по душе, пойти работать и учиться в другом месте (но уже зарабатывая на это самостоятельно). Если он решит, то может остаться учиться на биофаке, но тогда уж будет делать это сам.

 

Анна выбрала еще две картинки для иллюстрации своего решения. Одна – угол деревянного дома – символизировала, что ответственность и решения будут теперь на сыне. Вторая – окно с видом на море, говорящее, что эмоциональное тепло в отношениях сохранится.

В конце консультации Анна сказала, что она получила внутреннее разрешение изменить ситуацию и прекратить гиперопеку. Также она «легализовала» отрицательные эмоции – они больше не выглядели как преграда для сохранения близости и помогали дать своевременную и четкую обратную связь.

 

P. S. Через несколько дней Анна радостно сообщила мне, что поговорила с сыном, обозначила свою позицию. Иван несколько дней успешно занимался без ее подталкиваний и сдал экзамен на «пять». Оба были воодушевлены. Через несколько месяцев Анна написала: «Ванька вроде посерьезнее стал, но никак не сдаст один из предметов. Но я с пути уже не сойду, мне этот путь понравился!»

В консультации использованы спектрокарты У. Халкола и А. Копытина.

Вопросы нашим авторам-психологам вы можете задать по адресу info@psyh.ru.
/

Статьи на тему

Зачем подростку родители?
Зачем подростку родители?

Начиная взрослеть, ребенок все меньше нуждается в родителях. По крайней мере, ему так кажется.

читать далее

А я в школу не пойду!
А я в школу не пойду!

Какие мысли возникают у вас в голове, когда ребенок заявляет: «Не хочу в школу!»? Мало кому приходит в голову, что сын или дочь могут отказываться от своих детских занятий из-за вас.

читать далее

Дитятко на чемодане
Дитятко на чемодане

Когда ребенок вырастает, приходит время его отделения от родителей. Это процесс болезненный для обеих сторон, но при этом естественный и здоровый.

читать далее

Комментарии:

Тэги:

Рейтинг
11165 просмотров 0 комментариев
3
0.0
0
подписаться на рубрику:

7105 чел. Уже подписались

Вы подписаны на рассылку по рубрике "".
Отказаться от рассылки.

Показать ссылку для блога