Наша Психология
Разморозь свои чувства правильно

Между нами, психотерапевтами

30.09.2011

Предлагаем вашему вниманию первое интервью из цикла бесед с практикующими психотерапевтами с многолетним (от 10 до 20 лет) стажем. Эта беседа состоялась на психотерапевтическом обучающем семинаре в Черногории, где я был одним из участников, а интервьюируемые – ведущими тренерами. Были подняты вопросы: может ли психотерапия улучшить качество жизни? Как правильно выбрать психотерапевта? И нужен ли он вообще?



Лев Черняев,

гештальттерапевт.

В тренингах с 1989 года, а в гештальттерапии с 1998 года


Елена Косырева,

ведущий тренер Московского гештальт института, гештальттерапевт, супервизор, ведущая терапевтических групп и долгосрочных обучающих программ по гештальттерапии.

С 1992 года работала в наркологических и соматических клиниках


НАША ПСИХОЛОГИЯ: Назовите несколько признаков, по которым можно отличить профессионального психотерапевта от непрофессионального?


ЛЕВ ЧЕРНЯЕВ и ЕЛЕНА КОСЫРЕВА: Первое, что характеризует настоящего психотерапевта, – прошел ли он сам в достаточной мере индивидуальную терапию. Второе – есть ли у него супервизор, который может ему помогать. Если он уже не нуждается в постоянной терапии, то есть ли какая-то более или менее регулярная супервизия. Даже дипломированный психолог – еще не психотерапевт. Чтобы им стать, необходимо получить дополнительное образование, пройдя курс обучения в течение пяти-шести лет. Очень важный показатель профессионализма – сколько лет и сколько часов человек находится в профессии.



Супервизор – опытный эксперт, осуществляющий контроль и коррекцию терапии менее опытного специалиста.

Супервизия – форма консультирования психотерапевта в ходе его работы более опытным, специально подготовленным коллегой.



НП: Какова средняя цена психотерапевтических услуг в Москве?


Л.Ч. и Е.К.: Средняя цена составляет от 2000 до 4000 рублей за час. Год назад было 2000 рублей, у распиаренных терапевтов час стоит 25000 рублей. Профессиональный психотерапевт имеет достаточный опыт, чтобы не пытаться удерживать людей, нуждающихся в помощи, любыми средствами. Между терапевтом и клиентом происходит достаточно свободное общение на грани нейтральной доброжелательности. Психолог будто передает посыл: «Я рядом с тобой, я готов ответить на твой импульс и на твои слова, но я тебя не буду ни притягивать, ни отталкивать. Если хочешь – приближайся ко мне, не хочешь – не приближайся». Если клиент начинает переходить через эту грань, то нормальная реакция специалиста – удерживать дистанцию: работаю один час, один раз в неделю, вы приезжаете ко мне. Выезжающий на дом терапевт – это неправильно по многим критериям. Человек, нуждающийся в помощи, должен приехать к нему сам, он должен окунуться в комфортную для терапевта атмосферу. Специалисту не стоит отвлекаться на вхождение в новую ситуацию.


НП: Работа некоторых психотерапевтов происходит в ресторанах, кафе. Насколько это правильно?


Л.Ч. и Е.К.: Пожалуй, это непрофессиональный подход. Когда специалист за деньги готов сделать все, это вряд ли уже психотерапия. Если клиент говорит: «Давайте я заплачу вам в два раза больше, но вы приедете ко мне!» – начинающий терапевт может соблазниться и согласиться. Нужно понимать, что клиент таким образом самоутверждается, он будто покупает психотерапевта. Нарушается то, что мы называем границами. И специалист становится не свободным в том, что он делает. Смысл выездной терапии для клиента незначителен, скорее ее можно назвать лайт-терапией – светской, но не настоящей.


НП: Психотерапевт – это профессиональный друг, обладающий психологическими знаниями и оказывающий услуги за деньги?


Л.Ч. и Е.К.: Безусловно, но есть еще одна вещь, которая характеризует терапевта: он работает постоянно, у него есть клиентура, рабочий день расписан. И он не всегда может принять клиента в удобное для него время.


НП: Как начинающим клиентам отличить шарлатанов, прошедших какие-то краткосрочные курсы, от профессионалов? Что обещают дилетанты и чего не может обещать настоящий психотерапевт?


Л.Ч. и Е.К.: Первое, что должно насторожить, – «специалист» начинает обещать «золотые горы» на первых встречах, когда он еще не сориентировался в терапии. Прежде чем взять на себя обязательства, профессионал встречается с клиентом от трех – семи раз до полугода, иногда и дольше. Определенное время нужно, чтобы понять, как действовать, если речь идет о терапии. Когда требуется краткосрочное решение проблемы, общение может занимать четыре-пять встреч. И этого будет достаточно, если понятен запрос: например, как адаптироваться на работе. Тогда это уровень хорошего консультирования, направленного на конкретный запрос, а не терапии.


НП: Чем отличается психологическое консультирование от терапии?


Л.Ч. и Е.К.: Консультирование – это предоставление определенных знаний для конкретных условий.


НП: Никаких изменений в человеке при этом не происходит?


Л.Ч. и Е.К.: В результате получения знаний изменения происходят при наличии постоянного контакта. Поскольку, как правило, консультант прочитал больше книг и получил образование. Терапия – это глубокое исследование внутреннего мира клиента, его жизни и способов взаимодействия с окружением.


НП: Это возможность показать человеку, что он в результате этого взаимодействия получает или не получает?


Л.Ч. и Е.К.: Не показать, а помочь обнаружить.


НП: Существует мнение, что клиенту не следует давать прямых советов…


Л.Ч. и Е.К.: В редких случаях такой подход возможен. Когда идет обсуждение между клиентом и психотерапевтом, то последний может говорить: «Ты делаешь то и то и получаешь то и то!»


НП: Желательно ли, чтобы идея возникла в голове у самого клиента, чтобы в его мозге произошли изменения? Чисто физиологически, потому что он сам активировал эти нейронные дорожки…


Л.Ч. и Е.К.: В человеке происходят целостные изменения. Это может быть обнаружение в себе чего-то нового, что мы еще называем инсайтом, когда клиент получает сильные эмоции. Тогда мы можем говорить о том, что с его телом что-то происходит: либо сильно удручен, либо радостен…


НП: Как это происходит? Какие телесные реакции можно наблюдать? Каковы физические проявления этого инсайта?


Л.Ч. и Е.К.: Удивление, радость, подъем энергии, блестящие глаза, учащенное дыхание. «Ух ты, эврика!!!»


НП: Перед этим могут быть рыдания, злость?


Л.Ч. и Е.К.: Злость, раздражение, проговаривание терапевту недовольства: «Работаем, работаем, а воз и ныне там. Никаких изменений в себе не вижу!»


НП: Какой может быть частота инсайтов?


Л.Ч. и Е.К.: Это индивидуально. Вообще, инсайт не является целью терапии. Потому что, как только что-то становится целью, мы начинаем упускать процесс. Как только я вешаю мишень, в которую хочу попасть, я становлюсь подчиненным этой мишени. Очень часто то, что происходит внутри клиента и между нами, важнее той цели, которую мы наметили.


НП: Надо различать цель и процесс? Цель не должна доминировать?


Л.Ч. и Е.К.: С одной стороны, клиент приходит с некоторым запросом. Но именно процесс производит необходимые изменения. Только процесс – это не следование какому-то логически избранному пути, стратегии. Это не так происходит… К примеру, человек пробежал стометровку за 9,7 секунды. То, сколько он пробежал за конкретное время, и есть результат. А то, как он к этому готовился и как он себя изменил и развил, чтобы показать такой результат, – это и есть процесс. Но неизвестно, нужен ли ему в конечном счете этот результат – 9,7. Вообще очень часто происходит катастрофа. То, что клиент хочет получить, – не всегда то, что ему нужно.


НП: Есть такой анекдот: «В чем коренное отличие психотерапевта от проститутки? Психотерапевт с годами становится дороже…»


Л.Ч. и Е.К.: На самом деле терапевт становится дешевле и дешевле для клиента, потому что опытный специалист разрешает ситуацию в течение 10 сессий, неопытный может провести и все 50. Но не в сложных случаях. Например, если речь идет о тяжелых нарциссических расстройствах, пограничных состояниях, тогда, конечно же, потребуются годы регулярной работы – по два, а иногда и по три раза в неделю.


НП: Терапия повышает качество жизни?


Л.Ч. и Е.К.: Отчасти. Появляется базовое ощущение, что человеку хорошо.


НП: Психотерапия кажется некоторым людям ненужной потому, что они не могут понять ее необходимость, или она им не показана?


Л.Ч. и Е.К.: Классическая музыка улучшает жизнь?


НП: Тем, кому она нравится, улучшает.


Л.Ч. и Е.К.: Изобразительное искусство тоже улучшает жизнь. Смотрю на картину, и появляется ощущение, что со мной что-то происходит. Терапия помогает человеку «присвоить» свою жизнь обратно себе, наполнить ее собой, своими интересами и желаниями. Клиент снова готов следовать себе, он доверяет себе, удовлетворяет больше своих желаний и потребностей. И, естественно, становится довольным самим собой. Потери переживаются проще, без чувства внутреннего обрушения. Еще результат терапии – это лучшее осознание своих реальных сил. Не нужно больше прыгать выше головы, зная свой предел.



Книга

Нардонэ Дж., Сальвини А.

Магическая коммуникация. Стратегический диалог в психотерапии.

М.: Рид Групп, 2011.

Вопросы нашим авторам-психологам вы можете задать по адресу info@psyh.ru.
/

Статьи на тему

Работа над собой
Работа над собой

Стоит ли работать над собой? Выбор есть всегда. Если мы сами ничего не предпринимаем, то становимся жертвами влияния других людей или случайных обстоятельств.

читать далее

Перезарядись!
Перезарядись!

Ничто не радует. Вроде бы все в порядке – работа, семья. А живу как на конвейере – машинально выполняю стандартный набор функций…

читать далее

Катастрофа личностного роста
Катастрофа личностного роста

Если вы решили личностно подрасти, учтите: вас ждут полтора-два года проблем, разрывов отношений, конфликтов с близкими, финансовых потерь и прочих «радостей жизни».

читать далее

Комментарии:

Xeni4ika, 22.10.2011 00:49:46
После прочтения осталось ощущение, что психотерапия это своего рода сетевой маркетинг...)
1 из 1

Тэги:

Рейтинг
5086 просмотров 1 комментариев
2
0.0
1
подписаться на рубрику:

7105 чел. Уже подписались

Вы подписаны на рассылку по рубрике "".
Отказаться от рассылки.

Показать ссылку для блога