Продолжение.
Начало №3(38) 2010
Юрий Орлов, автор концепции саногенного мышления, говорил, что наши эмоции подобны компьютерным программам: в какие-то моменты они включаются и берут управление на себя. «Программистом» выступает наша культура — она задает стереотипы мышления, чувств, действий. Человек, который мыслит патогенно, не осознает этих программ, он только переживает и действует — на автопилоте.
На самом деле программами являются умственные операции, и СГМ учит тому, как их распознавать и контролировать. В этом заключается расхождение СГМ и тех многочисленных духовных учений, которые призывают человека вообще лишать себя эмоций. Конечно же, эмоции нам нужны, и СГМ обучает не тому, как их подавлять, а тому, как контролировать их влияние.
Обида — всем знакомая эмоция, но в то же время загадочная. Пошел дождь — я промок, но мне не обидно. Осел лягнул — мне больно, но не обидно. А вот когда близкий мне человек сделал что-то не так — я обижаюсь. Разве не странно? Как такое может быть? Видимо, у меня есть ожидания относительно того, что другой человек будет делать. Если его действия совпадают с моими ожиданиями, то все хорошо. А если совпадения нет, то я на него обижаюсь.
Итак, вот три составляющие, из которых устроена обида:
Для появления обиды необходимы все пункты. Если нет хотя бы одного из них — ожидания, сопоставления, расхождения — нет и обиды.
Важно подчеркнуть два момента: ожидания обычно не осознаются, а умственная операция сопоставления выполняется автоматически.
Первый вопрос, который нужно задать себе для «размысливания» (1) обиды: «Как должен был бы вести себя другой человек, чтобы я на него не обижался?» Отвечая на этот вопрос, мы проясняем свои ожидания — первую составляющую обиды.
Следующий шаг в нашей работе — корректирование ожиданий в сторону большей реалистичности. Если я этого не делаю, значит, я не принимаю другого человека таким, какой он есть, принимаю его только «хорошим», удобным для меня.
Для того чтобы мыслить саногенно, важно осознать и прочувствованно понять, что мои ожидания живут в моей голове, а другой человек — вот реальность. Получается, что, отказываясь корректировать свои ожидания, я отказываюсь принимать реальную действительность. Как говорил Орлов: «Человек с жесткими ожиданиями несчастен».
Важно постараться понять причины, мотивы, цели действий другого человека. Спросите себя: «Почему он вел себя иначе, чем я ожидал?»
Если это удалось, то получится сделать и следующий шаг — простить, то есть принять человека таким, каков он есть, разрешить ему возможность быть собой.
Здесь можно и остановиться, но желательно пойти дальше и задать себе еще один вопрос: «Откуда у меня взялись такие ожидания? Каким образом (от кого) они попали мне в голову?»
Обиды имеют свойство накапливаться, но СГМ дает возможность работать и с прошлыми обидами, потому что их структура такая же, меняется лишь объект: я могу обижаться по разным поводам, но сама обида устроена одинаково. Когда вспоминаются прошлые обиды, нужно не гнать их, а «размысливать» по той же самой схеме: прояснить свои неосознанные ожидания, постараться понять причины поступка другого человека, простить его и принять таким, какой он есть, скорректировать свои нереалистические ожидания.
Обида и вина ходят вместе. Тот, кто обижается, наказывает обидчика чувством вины. Хотя эти эмоции вызывают страдания, но они нужны людям для того, чтобы приспосабливаться друг к другу, без них человек не может контактировать с обществом. Поэтому СГМ, как было сказано выше, не стремится их уничтожить.
Итак, на меня обижаются, а я испытываю чувство вины. После разбора устройства обиды уже легко понять, из каких составляющих складывается чувство вины:
Таким образом, «пусковой крючок» вины заключается в том, что мое реальное поведение отклоняется от ожиданий, которые есть у кого-то, кто мне небезразличен. Тогда он обижается, а у меня появляется чувство, что я виноват.
Тонкий момент состоит в том, что про ожидания другого человека относительно меня я могу лишь догадываться (пока не спрошу). Часто получается так, что мы предполагаем, приписываем людям то, что они думают обо мне, то есть как я должен себя вести.
Конечно же, строить эти догадки нам «помогают» культурные стереотипы. К примеру, если я — твой муж, то я уже могу предполагать, что у тебя есть определенные ожидания о том, как я должен себя вести, и если я себя веду иначе, я буду чувствовать перед тобой вину.
Ситуация отягчается тем, что в детстве, когда мы в чем-то провинились, нас наказывали. Поэтому и во взрослом возрасте мы — частично неосознанно — ожидаем наказания за проступок…
Вернемся к составляющим вины. Как и в случае обиды, первый вопрос, который нужно себе задать, «размысливая» вину, — про ожидания: «Как я должен был себя вести, чтобы не чувствовать вину?»
Поскольку, как уже было сказано, мы приписываем другим людям ожидания относительно нашего поведения, имеет смысл расставить точки над «и» — надо просто спросить об ожиданиях и выяснить, действительно ли другой человек ждет от меня такого поведения? Правда ли, что у него есть такие ожидания?
Начало №3(38) 2010
Юрий Орлов, автор концепции саногенного мышления, говорил, что наши эмоции подобны компьютерным программам: в какие-то моменты они включаются и берут управление на себя. «Программистом» выступает наша культура — она задает стереотипы мышления, чувств, действий. Человек, который мыслит патогенно, не осознает этих программ, он только переживает и действует — на автопилоте.
На самом деле программами являются умственные операции, и СГМ учит тому, как их распознавать и контролировать. В этом заключается расхождение СГМ и тех многочисленных духовных учений, которые призывают человека вообще лишать себя эмоций. Конечно же, эмоции нам нужны, и СГМ обучает не тому, как их подавлять, а тому, как контролировать их влияние.
«НЕ ПОДХОДИ КО МНЕ! Я ОБИДЕЛАСЬ!»
Обида — всем знакомая эмоция, но в то же время загадочная. Пошел дождь — я промок, но мне не обидно. Осел лягнул — мне больно, но не обидно. А вот когда близкий мне человек сделал что-то не так — я обижаюсь. Разве не странно? Как такое может быть? Видимо, у меня есть ожидания относительно того, что другой человек будет делать. Если его действия совпадают с моими ожиданиями, то все хорошо. А если совпадения нет, то я на него обижаюсь.
Итак, вот три составляющие, из которых устроена обида:
- мои ожидания о том, как другой человек должен вести себя;
- сопоставление моих ожиданий с реальным поведением другого человека
- и расхождение между ними.
Для появления обиды необходимы все пункты. Если нет хотя бы одного из них — ожидания, сопоставления, расхождения — нет и обиды.
Важно подчеркнуть два момента: ожидания обычно не осознаются, а умственная операция сопоставления выполняется автоматически.
Первый вопрос, который нужно задать себе для «размысливания» (1) обиды: «Как должен был бы вести себя другой человек, чтобы я на него не обижался?» Отвечая на этот вопрос, мы проясняем свои ожидания — первую составляющую обиды.
Следующий шаг в нашей работе — корректирование ожиданий в сторону большей реалистичности. Если я этого не делаю, значит, я не принимаю другого человека таким, какой он есть, принимаю его только «хорошим», удобным для меня.
Для того чтобы мыслить саногенно, важно осознать и прочувствованно понять, что мои ожидания живут в моей голове, а другой человек — вот реальность. Получается, что, отказываясь корректировать свои ожидания, я отказываюсь принимать реальную действительность. Как говорил Орлов: «Человек с жесткими ожиданиями несчастен».
Важно постараться понять причины, мотивы, цели действий другого человека. Спросите себя: «Почему он вел себя иначе, чем я ожидал?»
Если это удалось, то получится сделать и следующий шаг — простить, то есть принять человека таким, каков он есть, разрешить ему возможность быть собой.
Здесь можно и остановиться, но желательно пойти дальше и задать себе еще один вопрос: «Откуда у меня взялись такие ожидания? Каким образом (от кого) они попали мне в голову?»
Обиды имеют свойство накапливаться, но СГМ дает возможность работать и с прошлыми обидами, потому что их структура такая же, меняется лишь объект: я могу обижаться по разным поводам, но сама обида устроена одинаково. Когда вспоминаются прошлые обиды, нужно не гнать их, а «размысливать» по той же самой схеме: прояснить свои неосознанные ожидания, постараться понять причины поступка другого человека, простить его и принять таким, какой он есть, скорректировать свои нереалистические ожидания.
«НЕ ВИНОВАТАЯ Я!»
Обида и вина ходят вместе. Тот, кто обижается, наказывает обидчика чувством вины. Хотя эти эмоции вызывают страдания, но они нужны людям для того, чтобы приспосабливаться друг к другу, без них человек не может контактировать с обществом. Поэтому СГМ, как было сказано выше, не стремится их уничтожить.
Итак, на меня обижаются, а я испытываю чувство вины. После разбора устройства обиды уже легко понять, из каких составляющих складывается чувство вины:
- ожидания другого человека относительно того, как я должен себя вести;
- мое реальное поведение;
- сравнение ожиданий с моим реальным поведением и рассогласование между ними.
Таким образом, «пусковой крючок» вины заключается в том, что мое реальное поведение отклоняется от ожиданий, которые есть у кого-то, кто мне небезразличен. Тогда он обижается, а у меня появляется чувство, что я виноват.
Тонкий момент состоит в том, что про ожидания другого человека относительно меня я могу лишь догадываться (пока не спрошу). Часто получается так, что мы предполагаем, приписываем людям то, что они думают обо мне, то есть как я должен себя вести.
Конечно же, строить эти догадки нам «помогают» культурные стереотипы. К примеру, если я — твой муж, то я уже могу предполагать, что у тебя есть определенные ожидания о том, как я должен себя вести, и если я себя веду иначе, я буду чувствовать перед тобой вину.
Ситуация отягчается тем, что в детстве, когда мы в чем-то провинились, нас наказывали. Поэтому и во взрослом возрасте мы — частично неосознанно — ожидаем наказания за проступок…
Вернемся к составляющим вины. Как и в случае обиды, первый вопрос, который нужно себе задать, «размысливая» вину, — про ожидания: «Как я должен был себя вести, чтобы не чувствовать вину?»
Поскольку, как уже было сказано, мы приписываем другим людям ожидания относительно нашего поведения, имеет смысл расставить точки над «и» — надо просто спросить об ожиданиях и выяснить, действительно ли другой человек ждет от меня такого поведения? Правда ли, что у него есть такие ожидания?
Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи